В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал родной порог. Его работа уводила его в глухие чащи, где он валил вековые сосны, и к насыпям будущих железных дорог, где он укладывал пропитанные креозотом шпалы. Он помогал возводить мосты через бурные реки, звено за звеном связывая отдалённые земли. Перед его глазами проходила не только медленная, но неотвратимая перемена облика страны — он видел и ту тяжёлую цену, которую платили за этот прогресс такие же, как он, рабочие и люди, приехавшие издалека в поисках заработка.